August 15th, 2021

Ещё о деревне Белянки

Здесь нужна предыстория обязательно, чтобы понять точно меня, о чём пишу. Если взять ключ Корсак и Корсаковы в наших местах, то возникает сомнение в правдоподобии. Действительно, и у меня сомнение есть, сохранились ли люди со средних веков с дворянским происхождением местным. Например, Корсаковы. Что есть за границей Корсаковы, то несомненно, но и в наших провинциях осколки сохранились. Например, такой случай. Приехала специально тётка с дочкой из Горького, мы вместе ездили в Полибино в гости к Пироговой, подруге тётушки по институту, обе математики. Мы жили в Полибино непосредственно во дворе музея во флигеле, было сказочно не только быть там, ходить по музею, где Мария Васильевна работала директором музея. Было сказочно там жить, среди этих трёх женщин, там была и Юля Пирогова. Наши с Пироговыми были не только соседями старыми ещё дореволюционными, Юля жила у моей бабушки в Горьком. Было такое, что она заболела и не потянула МГУ, пришлось пропустить год. После она перевелась в Горьковский университет на химический факультет.

Вдруг мне мать говорит однажды, что моя одноклассница Таня купила дачу в Полибино, я тоже хотела в Полибино. Но вот эта Таня дружила с Корсаковой. Корсакова была старше, она поступила в МИФИ. Мы тоже все хотели в МИФИ, но это было несбыточно. Таня поступила на ФРЭ в Ленинград, окончила, работала в Рыбинске. Вдруг моя мать говорит -  она вернулась в Луки, с научной карьерой ничего не получилось. Якобы, случилась авария по дороге на дачу, её еле спасли, не ходи к ней, она больная теперь, её еле спасли.

Что касаемо Корсаковой, тоже не просто так она поступила туда, она была примером решительности и смелости, и показала нам всем, как надо прорываться  в ВУЗы нормальные. Это меня тоже сподвигло на решительные действия. Я тоже, когда не поступила в первый год, пошла работать. И тоже перерешала весь задачник по физике с корки до корки.  Было так, что Корсакова не стала даже учиться в школе после восьмого класса, перешла в вечернюю школу. Исключительно, чтобы не терять время на ненужные предметы. Она стала готовиться не на шутку дома. Перед поступлением бросила работу на три месяца. А перед этим все годы сидела и перерешала все учебники и задачники по физике и математики, самые причём сложные. И поступила. Она сказала, и мне в институте потом говорили, что надо было решать задачи сотнями.

И вот после этого всё бросить, науку бросить, что случилось?

Корсакова эта была кумиром Тани, они дружили много лет. Из этого делаю вывод, что не просто так, Арашкевичи никого к себе в дом просто так не пускали, книг почитать из громадной библиотеки никому не давали. Родную сестру мать Тани прогнала с порога, нельзя было встречаться, та приезжала из Риги повидаться в кои веки, уже были шестидесятые годы.

Меня моя мать к ней в гости не пустила тоже. К подружке школьной. Сечёте? Таня сама рассказала, уже в 90 годы, что с ней было на самом деле. Из этических соображений я это пропущу, но вот эта тётя Галя была двоюродная сестра Родзянко. двоюродная сестра вроде была замужем за одним из деятелей Родзянко. Это всё сама Таня рассказала в 90 годы и показала мне шрам, это когда её спасали. Татьяна считала себя, между прочим, наследницей Замковой Горы. Даже не представляли, сколько на самом деле этих наследников прямых. Корсаков даже сам приехал из-за границы. У них у всех там воспоминаний, книг издано море. Возы и маленькая тележка. А мы ничего не знали, не читали. Сейчас читайте.

Я сказала маме, что тоже хочу дачу в Полибино, деньги были уже на тот момент, но оформить ничего было нельзя.
В это время одна наша школьная подруга была уже в Москве депутатом Государственной думы.  В 90 годы. Я с ней встретилась на всякий случай. Думала -  если что, обращусь. Но она так отшатнулась, буквально. Боялись, что мы будем возвращаться в Россию, надо будет помогать с жильём. Причём, все хотели жильё бесплатно. А мы отдали квартиру целую, когда уезжали. Правда, мы её продали, кооперативная была (так кто в это поверит), мы молодые специалисты были. И Петровича дружок отшатнулся буквально, шарахнулся, когда встретились на базаре. Был помощником МЭРА города. Ничего не получилось и с дачей под Луками, решительно все восстали против. Хотя, казалось бы, какое их дело. Никакого Полибино, никаких поездок по окрестностям, никаких встреч с друзьями. Так было всё устроено - организовано. Сидели на даче у них и всё, никуда.

Мы же приезжали уже на иномарке, с деньгами, с продуктами. А тут не было ничего, какое Полибино. Мы строились в других местах. Тогда знаете как было с иномаркой, с большим трудом находили гараж надёжный на одну ночь, по великому блату. Машина была старая-престарая, Мерседес S коасса кузов W116. Нам даже трудно было тогда легализовать своё пребывание на несколько дней, теперь в это трудно даже поверить.

Какие очереди стояли за легальным разрешением на работу, это получить было воистину невозможно. Стояли мастера, прорабы за разрешением работать в России, сутками стоять надо было, собирать бумаги неизвестные доселе, пачками собирали разные бумаги. На границе за неоформление пребывания не впускали обратно. Во всём этом активное участие родственников было обязательно. И это был, называется, свободный проезд без визы.

Но хуже всего было тем, кто оформлял собственность в России в наследство. Например, если ты там, а родители оставили недвижимость в России. Вот это вроде бы было невозможно даже сделать совсем. По крайней мере, мои попытки заговорить об этом воспринимались как какая-то глупая шутка. Мать могла любой участок взять под дачу себе, и вроде такой участок даже был, никому не нужный. Но жить за границей и иметь участок на своей малой родине воспринималось как глупость несусветная. Мы же люди без гражданства, зачем нам. Вы там себе купили, ну и живите, а мы будем за ваши права бороться, бедные вы наши и несчастные.